|
 |
 |
 |
 |
 |
 |
Пастух медведейстихотворения разных лет
|
|
ПЕТР I В АСТРАХАНИ Жарко!.. Пот со лба рукою Надоело вытирать... Боже! Небо здесь какое - Царским взглядом не объять! И Успенский ладным станом Словно недругам грозит - Право: лепотнее храма Нет покуда на Руси. Видно сразу: постарались... А резьба-то как хитра! И откуль такие взялись Астраханцы-мастера? Крепостица близко моря, И надежа и оплот. Здесь, на Волге, флоту воля... Царь доволен: "Будет флот!" ...Тянут ванты, крепят реи, Топоры стучат с утра: Будет новый флот Рассеи - Детище царя Петра. И, притихшие спросонок, В раззолоченной пыли, Из осиновых пеленок Вырастают корабли. Не видать работе края... Царь, с устатку, на часок Сел, с ботфортов отряхая Волжский ласковый песок. Отдыхая помаленьку, Царь крутил свой сивый ус: Вдруг впервые понял Стеньку - Дикой воли смысл и вкус. Что - держава? Оковали Душу тысячи забот... Все б отдал за эти дали! А гримаса сводит рот: - Все б отдал? А власть кому же? Что Россия - без царя? Ей подпруги-то потуже, Чай, затягивал не зря. Это нынче - честь и слава, Начинали - с топора... Вот и здесь: тебе, держава, Сладим флот - и в путь пора, Чтоб ни с юга, ни с востока Не грозил набегом тать,- Нам опять в бою жестоком Мир от недругов спасать... ...И когда под вечер, поздно В небо вышло туч кольцо, Петр яростно и грозно Рассмеялся им в лицо! ДЕНИС ДАВЫДОВ Ах, какие струны у гитары! Ах, какая песня у костра! И молчат ахтырские гусары, На затылки сдвинув кивера. Огрубели руки от поводьев, Застудило рану на груди... Только голос медленно выводит Нежные слова: "О, пощади..." Верится, что где-то терпеливо Ждет нас чья-то нежная ладонь... Ходят кони, встряхивая гривой, И косят зрачками на огонь. Обреченно догорают чурки, Слушая гитарный перебор: В нём смешался дивный звук мазурки С звяканьем удил, клинков и шпор. Замечтались звезды в небе синем, Только почему-то не до сна. ...И Денис поет о Катерине В предрассветный час Бородина. * * * Дуровой "Кавалерист-девица? Как напыщенно... Гусар-девчонка, проще говоря..." Над горизонтом алой нитью вышита Далекая вечерняя заря. - Все это бред! Готов о том поспорить я. А сказкам верит только лишь дурак... - Mon cher, не забывайте об истории: Ведь амазонки были, или - как? - Ах, господа, причина спора стоит ли? Все это просто глупый анекдот... - Но женщины, при всех иных достоинствах, Такой непредсказуемый народ... - И все-таки поверить этим домыслам? Ну как её средь наших молодцов Не раскусили по походке, голосу, По формам, mile pardon, в конце концов? - А вы, корнет? Мы ждем и ваше мнение... Ответ остер и ум не по годам! - Вы правы: это недоразумение Пленит воображенье юных дам. Ах, дамы!.. Но особо не раскрутишься... - А помнишь ли красотку в том селе? - Что? Александров? Очень милый юноша: Гусар, храбрец, а как сидит в седле! - С утра в поход - мы вновь отходим к северу, А там, корнет, начнутся чудеса... ...Ты отвернулась, прислонилась к дереву: Шумит костер, слипаются глаза. Уже луна на небе тает медленно, Но лишь под утро стихнет споров гул. Ты так устала... Так устала, бедная! - Что Александров? - Кажется, уснул... * * * Поручик Лермонтов. Полковая разведка. Внимательный взгляд чуть прищуренных глаз. Чеченским выстрелом хрустнула ветка; Холодные звезды, дорога, Кавказ. Костры отдаленные, песни солдатские, Разлитый в дурманящем воздухе мед... Но вот кто-то новый, в мундирчике статского: "Мне нужен Лермонтов. Пусть войдет. Вы в красной рубашке? С распахнутой грудью? Ужели смерти искали взгляд? Ведь знали: конница и орудия От пули в спину не защитят... Поручик Лермонтов, толкуют разное. За что вас все-таки? Прошу как друг... Ах, горы любите? А не опасно ли? Что?! Не опаснее, чем Петербург?!! Шутить изволите? Напрасно, душенька: Гусаров-ухарей не долог век. Не вы ль тот юноша... ну, что про Пушкина? О... Вы отчаянный человек! К тому ж поэт. Ну и пели б всласть себе Про очи томные да нежность рук. А то вдруг на тебе: конфликты с властию... Vous comprene moi, мой юный друг? Вам, может, хочется - весь век в изгнании? А чтоб покаяться - так недосуг? Идите... душенька..." В глухом молчании Снял шапку белую седой Машук. СВЯЗЬ ВРЕМЕН Из былей и легенд седого прошлого, Средь старых стен и намогильных плит, Где пену с губ роняющие лошади В полете обгоняют стук копыт, Где струги и ладьи, давно отплывшие, И стук щитов, похожий на прибой... Где падают друзья, за всё простившие И в этот миг прощенные тобой. ... К нам прошлое идет само собою, И мы вдыхаем, как горячий дым, И простоту, и мужество мужское, И всё, что вообще зовем мужским. Вдыхаем аромат степей ковыльных, Звон сабель, стрел смертельных суету, Чтобы не впасть в беспамятство бессилья, Вдыхаем Правду, Честь и Доброту. Не очень это просто - стать мужчиной, Но с прошлым нас навек связала нить, Где предок мой стоит в ряду былинном, На шаг не позволяя отступить. ВРУБЕЛЬ. ЦАРЕВНА-ЛЕБЕДЬ Царевна-Лебедь... Опускаю руки И чувствую безумное желанье, Как пред иконой, преклонить Колени... Мои мечты, души бурлящей муки И сердца сбой, неровное дыханье Сквозь образы бесовских Наваждений, Как облака, облитые закатом, В волшебной раме Камышей прибрежных Как серебро, Как молоко, Как снег... И хлам забот уносится куда-то: Я вижу крыльев трепетную нежность И этот взгляд Из-под смущенных век. Царевна-Лебедь, не молчи, молю! Кто втиснул в кисти дивное искусство, Заставив хаос Красок бессловесных Твердить: - Люблю... Люблю... Люблю?! До святости возвысив это чувство, Что рухнуло лавиною отвесной, Заставив обожженный горем разум Из ничего на холст явить нам Чудо! В которое и сам не вправе верить: То из былин или славянских сказок, Из тьмы веков, А может, ниоткуда? И вдохновенье можно ли измерить? ...Мне кажется, ты дышишь. И дыханье Плывет печальной ласкою на плечи Далекого и близкого сюжета, Как первое любовное признанье, Что душу так томит И сердце лечит. Ты только не молчи... Но нет ответа. Царевна-Лебедь! ПАНИ АЛИНА Здравствуйте, пани Алина! Не зажигайте свечи,- Я из двадцатого века И ненадолго к вам. Знаете, я вас помню: Вашу улыбку, плечи... Вы так внимали дивно Древним колоколам. Плащ на вас был атласный, И серебро браслетов Схватывало запястье, Словно оковы льда. В ваших глазах играло Золото прошлого лета, А ведь меж нами были Эры, века, года. Слушайте, пани Алина! Нет, не пугайтесь, что вы, - К черту проклятия бога - Я на решения скор: Знаю, у вашей двери Стражник стоит суровый. Знаю: сегодня утром Вас поведут на костер. Знаю: престижу церкви Выгодна гибель ваша. И красота, наверное, Страшное волшебство... Я украду вас, пани! Вызволю бесшабашно, Хоть бы и против бога, Но совершу воровство. Вы не идете? Как же? Глупый огонь встречая, Дальше-то что, скажите: В пепел, в ничто, в трубу?! Как же вы, пани Алина? Пани Алина, прощайте... Я унесу вас силой, Переломив судьбу! |
МОИМ ДРУЗЬЯМ В длительных поисках истины, веры и боли, Кто-то верхом, кто-то просто c дорожной клюкой, Мы уходили из дома по собственной воле: Мы презирали уют и матрасный покой. Под облаками мы рвали кольцо парашюта, В юность входя под его белоснежным венцом, Веруя в жизнь. Но порой выпадало кому-то Вниз, в перехлестнутых стропах, в ромашки лицом... Гнали коней мы, отчаянно-нетерпеливы, Нас проносящих сквозь годы, сомненья и быт. Если же кто-то не мог удержаться за гриву - Как мы спешили спасти его из-под копыт. Что мы узнали? Как пахнут сгоревшие травы, Как останавливать кровь и стрелять на бегу, Как нелегко быть всегда убедительно-правым, Старых друзей оставляя на том берегу... Но расправлялись нам вслед ковыли понемногу. Память о доме, таясь, согревалась в груди. Что мы успели? Найти горизонт и дорогу, С вечною песней о той, что нас ждет впереди. РАЗДУМЬЕ Который год никак не разберусь: Кто я такой на жизненном пиру? И почему всё время тороплюсь, Как будто завтра я уже умру? Я тороплюсь в случайном ритме встреч Одуматься, опомниться, спасти И друга от несчастья уберечь, И чью-то пулю грудью отвести. Спешу опять сказать, решить, допеть, Разведать неизвестные пути... Неужто так уж страшно - не успеть? Неужто жизнь уже - не впереди? И разве наши долгие года Проносятся, как желтые листы? А если с неба падает звезда, То это только раз и - с высоты! СКРИПКА Знакомство, встреча и ошибка Судьбы с судьбой... И слышу я, как плачет скрипка О нас с тобой. Она давно меня простила И верит мне, Но ты устало прислонила Ее к стене. Ты смотришь в радостные лица - Ты им верна, А за меня могла вступиться Она одна. Всё, что металось и кипело В душе моей, Она сказать тебе хотела Меня верней, Не думая и не гадая - Лишь бы успеть! Прильни щекой и, не мешая, Дай ей - допеть. ПЕСНЯ СКРИПКИ Песня скрипки. Свет свечи... Почему я так беспечен? Я же знал: не будет вечен Миг декабрьской ночи. Песня скрипки. Огонек... Вальса тающие звуки. И - протянутые руки Через тысячу дорог. Ни улыбки, ни словечка, Ни признанье, ни любовь... Вечер наш сгорит, как свечка, И не повторится вновь. И, наверно, без меня Ты смычок ласкаешь снова. Я же жгу фитиль сурово, Греясь у его огня. Мне тепло, как от печи... Дружба бьется, словно блюдце, Но со мною остаются: Песня скрипки. Свет свечи. * * * Мне говорят, что я тебя придумал, Что сочинил улыбку и глаза. Что не вгляделся, трезво и угрюмо, Не взвесил "против" и не взвесил "за". Вообразил и доброту, и нежность, И ласку рук, и трепетность ресниц, И детских губ нетронутую свежесть, И душу - без оков и без границ. И невесомый от природы шаг, И чистоту волос золототканых... Пусть всё, в конце концов, совсем не так, Но в хороводе образов нежданных Останься выдумкой, несбывшейся мечтой, Полетом птицы, кликом лебединым. Стань мореходной дальнею звездой, Рожденной вдохновением единым. Метелицей по улицам метя, В сомнениях и головокружении, Чтоб понял я, что видел не тебя, А зеркала слепое отраженье. И вот тогда, идя напропалую И не решая: "Быть или не быть?" - Дай силы мне узнать тебя - земную, Увидеть, разглядеть и - полюбить. * * * День, где виденьем - встреча с тобою. Новое утро - как после боя. Новое утро в старую смуту: День, что был отдан за эту минуту! Новый отдам, чтобы только увидеть, Чтобы и взглядом тебя не обидеть, Издали, робко, с сердцем застывшим,- Только б минуту... Только б услышать Голос негромкий, шаг невесомый, Смех серебристый - слишком знакомый. Только б минуту, только б мгновенье - День отдаю лишь за взгляд на творенье Жизни, которая мне подарила Девушку, что ничего не простила. * * * Может быть, слаб я? А может быть, трус? Трудно в себе самому разобраться. Был, и не раз, В непростых ситуациях И не боялся, А тут вот - боюсь Взглядом задеть Или словом обидеть, Жестом неловким спугнуть тебя: Вдруг Чудо закончится - И не увидеть, Как рассыпается Сказочный круг. Новая встреча... О, как же ты близко! Смотришь в глаза, словно в душу,- Насквозь, Я замираю на лезвии риска И ничего не беру на "авось". Эта открытость - без капли сомнений. Вводишь в свой мир - Замирает душа! ...Падают листья под ноги, шурша,- Воспоминания светлых Мгновений. КОЛЫБЕЛЬНАЯ Тополь, помолчи,- в густых потемках Легкий сон слетает ей на очи,- Пусть Алина спит, и сон ребенка Не тревожат звуки синей ночи. Золото волос... Подушки хлопок... Лунный луч посеребрил ресницы... И от Волги до таежных сопок Пусть прохлада в эти сны струится... Пусть она увидит под часами, Как поется в рыцарских балладах, Юношу с гусарскими усами, Взгляд его, где горечь и бравада. Пусть увидит, как своим капризом Кружат сад в объятьях листопады... Моцарта в мгновенье импровиза, Моцарта - еще до чаши с ядом! Пусть услышит в сладком сне Алина Музыку, что в сердце отозвалась, Лета отзвук в песне лебединой И зимы прощальную усталость... Пусть ей снятся розовые кони И полночных звезд высоких пенье... ...Спит Алина - под щекой ладони, До рассвета - целое мгновенье… ТЫ ПРОСТИ... Я спешил, я сбился с ног, Я еще не знал, что поздно. Я себе все руки сжег, Доставая с неба звезды. Торопился, несся вскачь И не знал, что опоздаю... Ты прости меня, не плачь,- Сам себе я - не прощаю. Повторилась сказка вновь, Искаженная немного, И Успех, Война, Любовь Преграждали мне дорогу, Славу пели соловьи... Сквозь успех не смог прорваться, И до солнечной любви Мне не удалось добраться. На гнедом своем коне Я не минул доли строгой И остался на войне: Мне обратно нет дороги. ...Не грусти, из майских гроз Радуга на землю станет. Ты из всех упавших звезд Сохрани одну на память… ГРАНИЦА Лишь у ранней зимы есть свое Нераздельное право: Погружать суету В снеговое объятие сна. Ждем рассвета. Пока не проснулась застава - Тишина... Ах, какая вокруг тишина! А на той стороне Всё такие же горы и ели. А на той стороне Колыхнулся белесый туман. Там, на той стороне, Муэдзины тягуче запели, И - не верь тишине: Тишина - это тоже обман. Мне потом, на гражданке, Не раз еще, видно, приснится И чужая, И та, что сейчас за спиною, страна, И рассвет, И туман, И негромкое слово "граница", Над которой пока тишина, Тишина, тишина… * * * Пишу стихи. Мой строгий капитан, Вы всё смеетесь? Я не ради славы. Они - во мне... И с горем пополам Учу заставы строгие уставы. Стихи - на турнике и на "козле"... Их тихий голос пробивает камень. И на меня шатающей земле Стихи растут, как мак весенний, сами. Вокруг одна поэзия видна! И я спешу, не выбирая броду, Сорвать цветок! Но рядом старшина: - Кру-угом! В наряд! Чтоб впредь ценил природу... Наверное, дела мои плохи - Здесь не ответишь: - Я и сам - с усами... А над заставой вновь летят стихи, Родными окликая голосами. Да и усов уже в помине нет - Гусарская краса не по уставу. Но красоты земной прекрасен свет, И я писать стихи не перестану. Быть может, я и впрямь не подхожу К армейской службе - Точной и суровой? ...Опять наряд уходит к рубежу - Я на ходу низаю слово к слову. |
 |
Частично графика заимствована с обложек книг А.Белянина & Издательство Альфа-книга |
 |
 |
Информацию об издательстве и книгах можно получить на сайте в интернете: http://www.armada.ru 
|
| Об авторе Творчество Критика Творчество поклонников Форум Чат Магазины Купить книги Андрея Белянина |
| © 2008-2010 A.Belyanin |
| Design, hosting, support WEBSMS © All rights reserved |
